Сайт Ани Геращенко

Словно причудливый кубик собранный из деталей детского конструктора, дом на окраине Утрехта, кажется совершенно неуместным в ряду типичных голландских строений из красно-коричневого кирпича, крытых черепичной крышей. Как будто повторяя судьбу своей хозяйки, здание вызывает пересуды обывателей и восхищение знатоков, стремящихся к нему со всего мира.

Построенный в начале 20 века, дом остается единственным архитектурным воплощением принципов группы «De Stijl», течения, к которому принадлежал Геррит Ритфельд. Посещая
последнее творение архитектора - музей Ван Гога, немного туристов задумаются о том, что в сорока км от Амстердама расположен первый, спроектированный им дом, признанный шедевром конструктивизма и включенный в список ЮНЕСКО.
Чем же так необычен дом, построенный для вдовы адвоката, миниатюрной женщины с тремя детьми? Какую тайну хранит история отношений талантливого дизайнера мебели и богатой заказчицы?

Закладка мечты

Детство и юность будущей хозяйки дома были типичны для дочери богатого текстильщика: строгое религиозное воспитание в доме мачехи, школа-пансион при католической церкви. После школы Шредер закончила фармацевтические курсы, хотя мечтала об учебе в архитектурном институте. Замужество, трое детей и статус супруги адвоката положили конец ее мечте. Молодая женщина ненавидела дом в античном стиле с «вычурными, темными и дорогими вещами», в котором она вынуждена была жить. Младшая сестра мадам Шрёдер, писательница, живущая в Амстердаме и знакомая со многими творческими людьми того времени познакомила Трюсс с потомственным мебельщиком и начинающим архитектором 34-летним Герритом Ритфельдом. Вместе с отцом он занимался дизайном и реставрацией мебели. И хотя имел образование архитектора, реализовал свои знания лишь однажды, при реконструкции кафе. Мастер и жена адвоката нашли много общего во взглядах на современное искусство. Шредер заказала дизайнеру переделать ее комнату в соответствии со своими вкусами. Вид комнаты в стиле модерн ужаснул родственников и друзей семьи Шредер. Но сама хозяйка и дизайнер остались довольны результатом первой совместной работой.
Спустя два года, оставшись вдовой, 35 летняя Шредер хотела покинуть нелюбимый город и перебраться к сестре в Амстердам.
Но в конце концов предложила Ритфельду спроектировать дом своей мечты, пространство, где ничто не предопределяло бы её жизнь, где не было бы ни приёмных, ни гостиных. Ритфельд с радостью принял предложение, поскольку это был единственный шанс для реализации его идей.

Абстрактные идеи реального дома.

Здание было призвано отобразить идею «стилистов» о достижении универсальной гармонии.
Постичь гармонию можно было путем изображения реальных образов с помощью трех первичных цветов, пересекавшихся под прямым углом. Желтый цвет- вертикальная линия, символизирует луч солнца.Синий — горизонтальная линия, означает движение земли вокруг солнца. Красный- соединяет в себе оба цвета. Чтобы подчеркнуть плоскость, в изображении допускается применение трех нецветов- серого, белого и черного.

Дитя творческой пары.

На окраине тихой голландской улочки, за которой до самого горизонта расстилались зеленые луга они приступили к воплощению мечты - жить «простой жизнью в единении с природой».
Чтобы получить разрешение строительного надзора архитектору пришлось пойти на некоторые хитрости. На утвержденных фасадах дом имел общую с соседним черепичную скатную крышу. Первый этаж соответсвовал строгим нормам планировки, а второй -был заявлен чердаком, то есть территорией свободной для творческих экспериментов.
Шредер не только разделяла взгляды конструктивистов, но и строго следила за их неукоснительным воплощением в жизнь. В процессе строительства дома Ритфельду по настоянию Трюсс не раз приходилось вносить существенные изменения в проект здания - мадам Шрёдер была непреклонна в достижении своей мечты!На вопрос о том кто же автор, Шредер загадочно улыбалась : «Когда рождается ребенок, никто ведь не задает вопрос, отец или мать создали его.»
Второй этаж здания был построен как воплощение идеи о жизни в тесном контакте с внешним миром, в пространстве, наполненном светом и воздухом.. Именно поэтому постоянным местом пребывания семьи был выбран второй этаж с системой раздвижных стен и встроенной в ниши мебелью.
Шредер, не до конца уверенная будет ли она жить в доме, собиралась в крайнем случае сдавать его покомнатно разведенным женщинам. В связи с этим каждая комната должна была иметь отдельный выход, умывальник и туалет. Ее идея положила начало строительству в Голландии приютов, где одинокие женщины могли жить в обособленных друг от друга комнатах.

Дом имел ряд функциональных новшевств: переговорная труба для молочника и продуктовое окошко, чтобы не спускаться на первый этаж. Окрашенные в черный цвет части дверей, наиболее подверженные загрязнению. Горизонтальные трубы для отопления, ранее используемые лишь в промышленных помещениях и стоившие треть сметы дома. Трансформируемая мебель и перегородки.
На первом этаже находился кабинет Ритфельда - небольшая комнатка с портретом Трюсс, нарисованым одной из дочерей Ритфельда. Факт удивительный, ведь хозяйка дома не пользовалась любовью жены и шестерых детей архитектора. Рядом с кабинетом располагалась учебная комната, где дети Трюсс постигали науки под контролем строгой матери.
Потянув за ремешок на первом этаже, можно открыть дверь на втором и подняться в царство Трюсс Шредер. Благодаря раздвижным перегородкам и окнам во всю стену создается ощущение заполненного светом, парящего в воздухе пространства. Спальни детей раскладывались на ночь, а утром в обязательном порядке стены убирались. Ванная комната задвигалась вглубь, образуя небольшой коридорчик, ведущий к крошечной спальне хозяйки-единственной неизменяемой комнате.Дом получался исключительно функциональным и удобным , правда, кажется, лишь для самой мадам Шрёдер. В школе дочерей дразнили «живущими на луне». А дома, где пол был расчерчен на полосы, им приходилось прыгать с красной на черную, чтобы не испачкать белой. В комнате девочек стояли кровати-трансформеры черного цвета, до того напоминавшие одной из них гробы, что матери пришлось несколько видоизменить их. В доме царил идеальный порядок. Шредер признавалась, что всякая не поставленная на место вещь, выводила ее из себя, так как нарушала общий стиль.

Хозяйка дома работала на втором этаже в кресле с широким подлокотником, на котором лежали неизменные сигареты Трюсс и «ее библия»- книга, в которую она записывала изречения Ритфельда. Сидя в достаточно неудобном кресле, Трюсс имела возможность наблюдать за линией строящихся на соседней улице домов в стиле конструктивизма.Она финансировала этот проект, продвигая новаторские идеи мастера. (фото) Многие последующие проекты стали результатом их совместной творческой работы.

«Маленькое волшебство»странного дома.

Новостройка вызвала резко-негативную реакцию соседей, но была чрезвычайно популярна среди деятелей культуры и высших слоев общества. Пропагандируя творчество Ритфельда, Шредер открыла его и для простых посетителей, практически ежедневно наполнявших их новый дом. В конце концов Ритфельду пришлось пристроить стеклянную комнату на плоской крыше, где Трюсс могла отдохнуть от надоевших гостей. До конца своих дней, уже будучи за девяносто, она с необычайным энтузиазмом проводила экскурсии по дому.
После смерти своей жены архитектор переехал в дом Шредер, где они прожили вместе семь счастливых лет. Ритфельд называл семидесятилетнюю Трюсс своим «маленьким волшебством». « Зная тебя половину своей жизни, я не могу до конца выразить бесконечную благодарность, за то, каким человеком ты являешься»,писал он ей. В 1964 года казавшийся вечным, идиллический деревенский пейзаж за окном, был разрезан скоростной трассой. Ритфельд был в такой ярости, что собирался снести дом.
После смерти архитектора в 1968 году Шредер со своими детьми создала фонд Ритфельд-Шредер, для реставрации и преобразования дома в музей.Она не желала, чтобы после нее кто-либо жил в доме. Да и с чисто практической точки зрения сделать это было довольно трудно, поскольку каждая деталь была продумана и создана для хозяйки. Строя его с мыслью об отъезде, она прожила там шестьдесят лет. Лишь однажды, на год, переселившись на противоположную улицу, в один из построенных Ритфельдом домов.

Шредер написала завещание состоявшее из бесчисленного количества указаний, как следует рассказывать о доме и тех, кто его создавал. Людей, живших без компромиссов и оглядки на чужое мнение, применившими впервые то, что кажется нам таким будничным и закономерным. Чья жизнь была подтверждением девиза «стилистов»: «В будущем не будем требовать искусства. Поскольку сами будем жить в нем.»